СУДЬБА ЕЁ – ЧУКОТКА
О событиях конца 1940-х годов вспоминает их непосредственный свидетель и участник – Анфиса Никитьевна Шарыпова Иван ОМРУВЬЕ ivan@ks.chukotka.ru «КС» уже сообщал, что Санкт-Петербургское книжное издательство «Лема» в январе нынешнего года выпустило книгу «Чукотка – судьба моя» ветерана Севера, жителя Анадыря Анфисы Шарыповой. Само издание объёмное и насчитывает 347 страниц, а вот тираж достаточно скромный – всего 120 экземпляров, что автоматически делает книгу библиографической редкостью и, возможно, коллекционным изданием. Мы попросили Анфису Никитьевну, которая живёт на Чукотке почти 70 лет, немного рассказать о себе и об истории возникновения её книги. ДО ПЕВЕКА ПЕШИМ ХОДОМ – В 1948 году я окончила фельдшерско-акушерскую школу в городе Уржуме Кировской области и в этом же году приехала на Чукотку по направлению. И вот уже почти 70 лет живу на Крайнем Севере. Здесь я обрела свою семью, детей, внуков, друзей и знакомых, которых очень люблю. О них моя книга. Об их и моей судьбе. Если говорить о прошлом… Первое моё воспоминание о Чукотке – о прибытии в аэропорт «Горка» на левом берегу Анадырского лимана. После посадки мы сразу же отправились в здешнюю столовую. Нам подали жидкий фасолевый суп тёмного цвета с оленьим мясом, который мне, скажу честно, не очень понравился. Потом нас подвели к домику без крыши, дали для подстилки по шкуре и оставили там ночевать. Не успели уснуть, как залаяли собаки – испугавшись, мы с «Горки» побежали вниз к райисполкому, дверь здания была ещё открыта. Внутри было полно молодых людей, ждущих, как и мы, вылета на работу в посёлки. Все они лежали на полу, столах, кушетках. Потеснились, и мы там прожили, наверное, с неделю. А однажды в райисполком пришёл мужчина и отрекомендовался заведующим Чаунского райздравотдела Александром Плугарёвым и нас пятерых забрал в Певек: Аню Шишкину, Раису Хорошавцеву, Тоню Федянину, Александру Печёнкину и меня. В Певек мы прибыли 18 сентября самолётом. Тогда дороги от аэропорта до посёлка ещё не было, поэтому пассажиров возили в Певек катером. Но на море штормило, и катер за нами не пришёл и 19 числа. Тогда Александр Плугарёв предложил пойти в Певек пешком, и мы рано утром двинулись в путь. Вот так нас встречала Чукотка. АРЕСТ ЗА ОТКАЗ Певек того времени был совсем не похож на нынешний. На ровном месте стояли побелённые бараки, одно двухэтажное здание, шесть жилых круглых засыпных домиков, которые окрестили «ярангами». В одной из них нас поселили. Вопросы по размещению и работе тогда решались очень быстро. Уже 22 сентября в райисполкоме с нами заключили договор, выплатили подъёмные, определили на работу. Троих оставили в Певеке. Печёнкину буквально через несколько дней отправили в Шелагский, а Шишкину решили направить на работу в Рыткучи. Но в расчёты нашего начальства коррективы внезапно внесла сама жизнь. За считанные дни Аня Шишкина вышла замуж за Сашу Казакевича и категорически отказалась выехать в Рыткучи без мужа, хотя для него в селе не было работы. Обошлись с ней весьма жёстко. За отказ ехать по направлению Анну арестовали и отправили в отдельный лагерный пункт (ОЛП № 10) – в двух километрах от Певека. В этом пересыльном пункте было построено несколько бараков для заключённых. Неделю конвойные приводили её на работу в больницу, потом отпустили к мужу, и до весны 1949 года она работала с нами, только бесплатно. Но в итоге всё разрешилось счастливым образом: весной Анну вместе с мужем отправили работать в Рыткучи.НЕ ПОНЯЛ, ЗА ЧТО ПОСАДИЛИ За 70 лет на Чукотке Анфиса Шарыпова накопила немало воспоминаний, и замечательно, что она пытается их донести до людей через газетные публикации (долгие годы Анфиса Никитьевна сотрудничает с газетой «Крайний Север») и книги. Она даже приняла участие в литературном конкурсе имени Юрия Рытхэу и стала его дипломантом… – Я совсем не планировала участвовать в конкурсе, – рассказывает она. – Сначала писала просто для себя, чтобы не забыть. И только потом подумала: почему бы не подать заявку на конкурс – пусть знают и другие, особенно молодёжь, свидетелями и участниками каких событий были их отцы и деды. Взять хотя бы ныне почти забытую трагедию 1949 года в селе Берёзово Анадырского района, где произошло восстания оленеводов, выступивших против коллективизации, которая пришла на Чукотку только в 1940-х годах. Волнения были подавлены, некоторые из оленеводов получили различные сроки. Вернулись из заключения при мне лишь восемь человек из двадцати. Одному из них – Николаю Ивановичу Ятгыргыну кто-то задал при мне вопрос, за что посадили его, 22-летнего молодого человека. Он рассказал, что ещё до 1949 года вступил вместе с отцом в колхоз, и они сдали своих оленей. Но тогда разговор был короткий: есть подозрения – на пароход и во Владивосток …
Ятгыргын вернулся на родину из заключения только 5 августа 1959 года и стал работать в бригаде № 7 колхоза «Путь к коммунизму» (с. Ваеги). В те годы в Ваежском хозяйстве было 10 бригад. У него было много почётных грамот, а к столетию В. И. Ленина ему вручили медаль. Также он неоднократно награждался денежными премиями, являлся ветераном труда. Ятгыргын знал, что получил такие награды за свой труд. Но так и не понял до конца своей жизни, за что его посадили в тюрьму. Все эти моменты, а также многие другие уникальные факты, были изложены в очерке Анфисы Шарыповой «Берёзовское восстание чукчей» и поданы на конкурс имени Юрия Рытхэу в марте 2014 года.
