Розовое «наводнение»

Нынешним летом заросли иван-чая в окружной столице и её окрестностях трудно не заметить. Местные жители говорят, что таких плотных розовых полей кипрея не помнят уже давно. Мы решили выяснить, чем вызвано такое действительно яркое явление, разовая ли это вспышка или просто закономерный этап в жизни растения.

Первопроходец

У кипрея на удивление богатая коллекция народных имён: копорский чай, новосёл, тёплый цветок, таёжный подсолнечник, дремуха, дикая конопля, плакун, дрёма, нянька. Каждое из них – маленькая история о том, как это растение связано с человеком и природой вокруг. Англичане называют иван-чай «сорняк пожарищ», а у русских в ходу похожие определения – «гаревик», «первопроходец». Смысл один: кипрей первым заселяет земли, где растительность была уничтожена. Он появляется на гарях, вырубках, в лесу, пострадавшем от вредителей, то есть везде, где освободилось место под солнцем.

Секрет прост. У семян иван-чая есть пушистый хохолок, и ветер разносит их без всякого труда. Благодаря этому растение может занять свободную землю в радиусе до 10 километров от того места, где выросло само. Кипрей встречается по всему северному циркумполярному поясу и охотнее селится там, где хватает света и умеренно влажно. А если условия ему подходят, он не просто растёт понемногу, а заполняет пространство сплошным розовым ковром – настолько тесно смыкаются его заросли. Привередой это растение не назвать.

Важно отметить, что на Чукотке широко распространены оба вида: иван-чай узколистный и иван-чай широколистный. Они нередко соседствуют в регионе, но занимают разные экологические ниши. Главное различие заключается в стратегии освоения территории. Узколистный агрессивно захватывает нарушенные участки и формирует обширные заросли, тогда как широколистный закрепляется на сложных субстратах (галечниках, каменистых склонах) и растёт отдельными куртинами.

Факторы роста

Почти десятилетие назад ботаники в окрестностях Певека, у посёлков Эгвекинот и Иультин, у моста через реку Амгуэму подробно изучили, как оживает растительность там, где раньше добывали щебень или расчищали землю бульдозерами. Их интересовало, как природа латает то, что когда-то было перепахано техникой.

Иван-чай широколистный оказался среди тех, кто чаще других поднимается на этих участках рядом со злаками и мхами. Но повёл он себя в разных местах совершенно по-разному. У Певека кипрей – редкий гость, встречается нечасто, а кое-где его не нашли вовсе. У моста через Амгуэму картина обратная: там иван-чай почти повсюду заметный и постоянный участник зарастающих карьеров. Отсюда учёные сделали вывод, что небольшие растительные сообщества крепко привязаны к конкретному месту, и даже в пределах одной территории обилие одного и того же вида может сильно скакать от точки к точке, и всё решают местные условия восстановления. Так что резкий всплеск численности кипрея в отдельно взятом месте, где сложились благоприятные обстоятельства, – обычная история для этого растения.

Скорость и масштаб зарастания нарушенных чукотских земель зависят от нескольких факторов. Играет роль возраст участка: чем дольше грунт не тревожат, тем разнообразнее растительность и гуще зелёный покров. Влияет и тип грунта – щебень, гравий или песок дают семенам разные стартовые возможности. Особенно важна влажность – от неё зависит скорость, с которой растения-новосёлы закрепляются на голой земле, испытывая на первых порах острый дефицит питательных веществ. Удастся ли виду занять свободное пространство, часто решает совпадение урожайного на семена года с погодой, благоприятной для их разлёта и укоренения. Тёплый ровный сезон вместе с обильным семенным годом сам по себе способен дать вспышку численности растения, и искать здесь особую аномалию не обязательно.

Похожую логику подтверждают наблюдения из другого уголка Севера – окрестностей Мирного в Западной Якутии, где кипит алмазодобыча. Почвы отвалов там оказались щелочными и сильно засолёнными, а значит, токсичными для большинства растений. Но именно здесь, где выжить способны единицы, иван-чай выступал явным доминантом, а на благополучных территориях с богатым видовым составом его роль заметно скромнее, ведь там приходится тягаться с более сильными соперниками.

Широколистный кипрей (на фото), в отличие от узколистного, который агрессивно захватывает нарушенные участки и формирует обширные заросли, закрепляется на сложных субстратах (галечниках, каменистых склонах) и растёт отдельными куртинами. ФОТО: УЛЬЯНА БАБИЙ

Климат способствует

Более долгое и тёплое лето даёт растениям больше времени на рост, цветение и созревание семян. Есть исследования, в которых отмечают, что, например, уже к 2010 году зимы на Чукотке заметно потеплели. Вегетационный период вырос на 6 – 8 суток, зима укоротилась на 6 – 10 дней, и прогнозы рисуют похожую картину и дальше. Так, при потеплении среднегодовой температуры на градус к 2100 году вегетационный период в районе окружной столицы может вырасти ещё на 11 дней, а зима сократится на 10 суток, таким образом, климатический тренд играет за кипрей, а не против него.

Тем не менее Север – суровый край, но, несмотря на сложности, современные исследования показывают, что иван-чай, выросший именно в северных широтах, отличается от южных собратьев по составу. Так, в образцах с Кольского полуострова обнаружено в 2-3 раза больше витамина C, а также больше растительных антиоксидантов и таких микроэлементов, как железо, марганец и медь.

Отдельное направление работы посвящено ферментированному сырью иван-чая. В его тканях нашли способность накапливать особый антиоксидантный пигмент из группы меланинов, устойчивый даже к агрессивной среде желудочного сока. Для организма, постоянно испытывающего нагрузку от арктического холода и повышенной солнечной радиации, такое природное сырьё представляет самостоятельную практическую ценность.

Собранные факты складываются в довольно спокойную картину: иван-чай – растение, биологически устроенное для быстрого захвата освободившихся территорий. Любое удачное совпадение обстоятельств (тёплая и не слишком сухая весна, урожайный на семена год, свежие нарушения почвы в окрестностях города) способно вызвать заметную вспышку численности кипрея именно в этом месте и именно в этом сезоне. При этом устойчивый многолетний тренд на удлинение вегетационного периода в Анадыре и на всей Чукотке создаёт для таких вспышек всё более благоприятный климатический фон.

Иными словами, нынешнее розовое наводнение вокруг Анадыря – скорее не аномалия сама по себе, а вероятное совпадение естественного цикла бурного разрастания вида с постепенным потеплением климата и локальными изменениями состояния почвы вокруг города.

Кстати

Для коренных жителей Чукотки иван-чай никогда не был просто украшением тундры. Чаплинские эскимосы называли его «ан’укак’», науканские – «ешгёутыт». Летом его свежие листья и стебли добавляли к квашеной икре, к свежему китовому или моржовому жиру, к варёному мясу, заправляли ими мясной бульон. Науканские эскимосы и нунямские чукчи заготавливали растение и на зиму – плотно укладывали в бочонок, заливали водой, хранили в прохладном тенистом месте, а зимой ели мороженым как приправу к мясным блюдам. Чаплинские и сирениковские эскимосы готовили из иван-чая, корней копеечника, побегов горца и листьев арктической ивы сложное блюдо, которое подавали к праздничным, ритуальным застольям. А до появления привозного чая листья иван-чая заваривали как самостоятельный напиток с мягким травяным вкусом.