Секреты плодородной тундры

Второй год подряд в район Мейныпильгыно вместе с экспедицией Русского общества сохранения и изучения птиц им. М. А. Мензбира приезжает Иван Дрозд, аспирант Института географии РАН. Пока орнитологи караулят гнёзда кулика лопатня, одной из самых редких птиц планеты, он занимается теми, кого местные жители называют евражками, то есть арктическими, или берингийскими, сусликами. Работа идет при финансовой поддержке гранта Российского научного фонда (22-17-00168-П). Материалы, собранные в ходе экспедиций, лягут в основу диссертации о том, какую роль эти наземные млекопитающие играют в формировании ландшафтов в местах массового гнездования птиц на юго-востоке Чукотки.

«Редкие» оказались обычными

По словам Ивана Дрозда, прошлогодний сезон был во многом разведочным. Аспирант вёл маршрутные учёты, картирование поселений, первые ботанические описания, подсчёт нор («КС» рассказывал об этой работе в номере от 29 августа 2025 года). Тогда же выяснился масштаб деятельности евражек: на площадке 500 на 500 метров попадалось от 60 до 100 сусликовин, причём наиболее старые из них приобрели воронковидную форму диаметром до 20 метров. Влияние маленьких грызунов на тундру оказалось настолько значительным, что его видно даже из космоса.

– Новый сезон принёс новые данные. Я изучал сусликовины разного возраста – и старые, где растительность уже сильно изменилась, и молодые, где экосистема только начинает трансформироваться, а для сравнения – участки нетронутой тундры. Задача была понять, как меняется растительность на этих территориях, и выделить конкретные этапы этой трансформации, – рассказывает Иван Дрозд. – Самое интересное наблюдение сезона – ботаническое. На сусликовинах растения ведут себя по-своему – не всегда так, как их описывают региональные флористические сводки. Например, фиалка двухцветная с жёлтым цветком, которая считается редкостью, на сусликовинах встречается довольно часто, хотя в остальной тундре почти не растёт.

Вторая половина работы касалась почвы, и цифры здесь звучат почти невероятно.

– У арктического суслика трансформация почвы сильно выражена, здесь меняется сам её тип. На галечной косе, где расположено село, гумусовый горизонт (верхний, самый плодородный слой почвы) тонкий, не более 10 см, ниже почти безжизненная перемытая галька. А на сусликовинах толща гумуса доходит до метра, потому что зверьки год за годом перемешивают слои почвы. Таких активных «перемешивателей» в тундре немного. Лемминги и полёвки тоже роют, но не так глубоко. Открытым остаётся вопрос, по каким именно химическим элементам почва там отличается, – отмечает Иван.

Ориентир уже есть – исследования в тундре Аляски. Там в центре сусликовых нор азота в почве было заметно больше, чем на обычных участках, фосфора – тоже. При этом сам грунт, выброшенный при рытье, оказался беднее азотом, чем почва в центре колонии. Значит, обогащают её не сами земляные выбросы из норы, а продукты жизнедеятельности зверьков, которые копятся у входов. Процесс при этом очень медленный: вклад одной колонии за год невелик, но норы используются поколениями, и такие плодородные «пятна» держатся в ландшафте десятилетиями и даже столетиями.

Сто лет на одном месте

– Возраст сусликовин может быть и 50, и 100 лет, и больше. Если условия подходят, суслики могут жить на одной территории семьями-колониями очень долго. Даже если сусликовина была разрыта или по каким-то причинам заброшена, они туда возвращаются, ведь проще занять уже вырытую нору и немного её обновить, чем рыть новую, – объясняет учёный.

Наглядный пример упорства – участок, который стабильно затапливается в половодье. Норы заливает водой, но зверьки живут там из года в год. Здесь работает сезонный график: молодняк появляется в начале июня, первый месяц сидит в норах, в первой декаде июля выходит на поверхность. С июля по конец августа идёт активное освоение тундры, и к этому времени вода уходит. Новые особи и те, что откочевали на время потопа, занимают старые территории. Тогда же евражки, прежде всего молодые, которым не нашлось места в колониях, чаще всего появляются в местах обитания человека.

Самый заметный антропогенный фактор для евражек не техника и не люди, а собаки. Под колёса зверьки попадают редко и скорее случайно, поэтому для многочисленной популяции это небольшая потеря. По данным прошлогодних наблюдений ближайшая к Мейныпильгыно колония чаще всего показывала разрытые сусликовины: собаки приходят туда постоянно, пытаются кого-то достать, но, как правило, безуспешно.

Интересно, что при этом сусликовин в близости к селу оказалось больше всего. Дело, судя по всему, в балансе рисков и выгод: доступность пищи возле человеческого жилья компенсирует риск встречи с собакой. Если бы условия были некомфортными, суслики бы откочёвывали от посёлка, но наблюдается обратная ситуация – плюсов для них больше, чем минусов.

А вот сами грызуны, которые на первый взгляд кажутся такими безобидными, могут причинить вред другим видам.

– Евражка всеядна. Хотя основа её рациона растительная, факты плотоядия подтверждены находками в желудках. Мотив – любопытство. Они часто подходят к ловушкам просто посмотреть, что изменилось, и попробовать, можно ли это съесть. Фотоловушки в этом сезоне засняли момент, когда птица покинула гнездо, а суслик подошёл и унёс птенцов, судя по всему, уже неживых, – поясняет исследователь.

По наблюдениям сезона одним из главных разорителей гнёзд оказался именно арктический суслик и только затем ворон. Ещё реже приходили лисы, медведи, бродячие собаки и поморники. Причём лисы упомянуты учёным ещё в одном аспекте: в окрестностях Мейныпильгыно находили лисьи городки с похожей на сусликовины трансформацией растительности – то есть сходный средообразующий эффект дают не только суслики, но и другие норные хищники, хотя изучен он гораздо хуже. Фотоловушки, установленные на сусликовинах, добавили ещё один слой данных: наблюдения за суточной активностью зверька не зафиксировали выраженных пиков активности утром и вечером, характерных, видимо, для более южной части ареала.

Между тем

Иван Дрозд планирует продолжить наблюдения за арктическими сусликами, поскольку такие данные требуют лет накопления, а не единичного сезона. Учёный отметил, что ему интересно посмотреть не только на суслика, но и, например, на пищуху (на фото внизу), родственника зайца. Она встречается реже, но тоже делает запасы и избирательно кормится, а значит, вносит свой вклад в трансформацию экосистемы.

КОРМИТЬ НЕ РЕКОМЕНДУЕТСЯ. Многие подкармливают евражек, которые берут пищу прямо из рук. Это небезопасно, поскольку грызуны и зайцеобразные в Арктике служат источником туляремии. На северном побережье Аляски антитела к этому возбудителю чаще всего находили именно у песцов и арктических сусликов, тогда как в России основными носителями туляремии в тундре считаются лемминги. Поэтому лишний раз евражек лучше не кормить, а после взаимодействия с ними – тщательно мыть руки. Есть у кормления сусликов человеком ещё одно негативное следствие. Регулярная подкормка ведёт к перенаселению стоянок туристов и привлекает хищников, что может создавать опасность и для людей. Например, в прошлом сезоне жилая сусликовина в таком месте исчезла, потому что пришёл медведь, всё перекопал и, вероятно, полакомился грызунами. Вред от избытка евражек может быть и бытовым: при высокой численности они перегрызают провода и уничтожают запасы съестного, подобно мышам.