ЛЮДИ САМИ УСЛЫШАТ О ТЕБЕ…

Иван ОМРУВЬЕ ivan@ks.chukotka.ru Анатолия Тынеру хорошо знают на Чукотке, да и в других регионах российского Севера не только как депутата окружной Думы, но и как оленевода высочайшего класса, успешно руководившего до недавнего времени сельхозпредприятием «Амгуэма». Однако о начале его жизненного пути, родовых корнях известно немногим. Так, каким было детство Тынеру, что предопределило выбор дороги, по которой наш герой уверенно идёт уже которое десятилетие, оставаясь верным традициям своего народа – луораветланов? СЛАДКОЕ ДЫХАНИЕ ОЛЕНЯ – В паспорте указано, что я появился на свет в селе Нутепельмен Иультинского района, хотя, как рассказывали родители, на самом деле это случилось неподалёку от 123-го километра дороги Эгвекинот – Иультин, – поделился на встрече Тынеру. – В этом районе расположена сопка Навнэсон, где по преданию в отсутствие мужчин, ушедших на летовочные маршруты оленьих стад, много лет назад произошла кровавая трагедия. В то лето женщины остались в стойбище одни с детьми. И вот кто-то из ребятишек во время игры обидел своего товарища. Обиженный пожаловался матери, которая тут же заступилась за своё дитя. Но и мать обидчика не осталась в стороне. И так они поругались между собой, что перепалка дошла до копей – женщины убили друг друга. Отсюда и название сопки – Навнэсон, что значит «место, где двигались женщины». С тех пор, по словам Анатолия Яковлевича, в народе и говорят, что не надо вмешиваться в шалости детей – сами разберутся. – Когда мне было, наверное, годика два-три, хорошо запомнил, проснулся я в кибитке движущегося оленьего аргиша, – продолжил он свой рассказ. – Хорошо помню, как в один из дней мои узкие глаза будто открылись шире – наверное, чтобы лучше увидеть мир. Впереди кибитки на женской нарте ехала моя бабушка, её запряжённый олень часто поворачивал голову в мою сторону. В эти минуты я почувствовал тёплый сладкий запах его дыхания и дотянулся ручонками до мягкой шерстяной морды оленя. Впоследствии, когда уже стал взрослым, я подумал: наверное, это был знак, предопределивший мою судьбу, – быть всю жизнь рядом с оленями и теми, кто их выпасает. СТАЛ «РОСТКОМ» И… ВЫЗДОРОВЕЛ Как рассказал Анатолий Яковлевич, изначально родители нарекли его именем Тынерультын. Но однажды он заболел, и тогда отец и мать дали ему другое имя – Тынеру, что означает «росток, растущий», и мальчик выздоровел. – Следуя поверью предков, мои родители «запутали следы» изначального имени, злые духи отстали от меня, и я выздоровел, – пояснил рассказчик. В школу Толя Тынеру пошёл в Нутепенмене в 1953 году. Он и другие мальчишки оленных чукчей сели за парты, ни слова не зная по-русски, за исключением одного ругательства, услышанного ими ещё в тундре от взрослых. – Меня и моего друга Серёжу Ранаутагина учила учительница, которая не умела говорить на чукотском, и, чтобы мы понимали друг друга, переводить нам взялись мои дяди Володя Летыкай и Виктор Нутекеу. С пятого по восьмой класс Тынеру учился уже в другом селе – Ванкарем, где ещё в 30-х годах прошлого века челюскинцы, спасённые с затёртого льдами легендарного судна, построили школу из китового плавника. Кстати, как заметил наш герой, она стоит до сих пор. Из этого периода жизни ему в память особенно запал один случай. В седьмом классе пионерской дружине Толи предстояло выбрать председателя из двух кандидатов, одним из которых был он сам. С небольшим перевесом в голосах победил Тынеру, но это не понравилось кому-то из ребят, сказавших, мол, не потерпят они, чтобы внук кулака, врага народа, возглавил их пионерскую дружину. – Тогда я ничего не понял из сказанного моим маленьким земляком, однако моё ещё не окрепшее сердечко колыхнулось: что это такое – «внук врага народа»? – вспомнил Анатолий Яковлевич. – Впрочем, это мне не мешало учиться. Но особенно хорошо из этого времени Тынеру помнит, как взрослые во время каникул увозили его в тундру к родителям и дядям Нутекеу и Летыкаю, у которых он постигал азы жизни оленного чукчи. А ещё помнит, как в 60-е годы оленеводы Амгуэмской тундры нередко доходили до самых Ваег, где растут тополя и берёзы, необходимые для изготовления нарт, и увозили древесину обратно в свои стойбища. – Это были самые счастливые годы моей жизни, и я, бывает, непреодолимо рвусь туда, где родился и где провёл детство, – поведал рождённый в яранге. ЗАПАХ ТУНДРЫ, ЗАПАХ МАМЫ В 1960-х годах, когда Тынеру уже учился в Эгвекиноте, он первый раз увидел известного чукотского лётчика Дмитрия Тымнетагина, который посоветовал юноше после школы поступить в лётное училище и пообещал помочь ему в этом.
Отслужив в армии, Анатолий так и хотел сделать, и даже написал о своём желании дяде Нутекеу в Алькатваам, где тот работал директором оленеводческого хозяйства «Коммунист». Дядя ответил демобилизованному племяннику так: «Кто были твои дед и отец?! Оленные люди. А ты – в небо… Поступай в зооветеринарный техникум, после учёбы будешь хотя бы рядом с оленями». Так молодой человек и сделал. Заочно окончил институт, работал в Иультинском районе заместителем председателя райисполкома по сельскому хозяйству, войдя со временем в число лучших на Чукотке специалистов в сфере оленеводства, став грамотным управленцем. Долгие годы возглавлял одно из наиболее успешных сельхозпредприятий округа «Амгуэма». Через все эти годы он пронёс любовь к своему делу, родной земле и землякам, тундре, которая даёт силу. В связи с этим Анатолий Яковлевич вспомнил, как в 2012 году в Амгуэму приехал Александр Венедиктович Комаров, известный на Чукотке человек, большой специалист в оленеводстве. Он попросил директора СХП Тынеру поехать с ним в тундру, в какую-нибудь бригаду. Когда вездеход, на котором они ехали, остановился на перевале, Комаров взял в руки бинокль и долго рассматривал окрестную тундру. Тынеру спросил его, что же тот увидел. Комаров ответил: «Вижу молодость свою…». Приехав на Чукотку в далёком 1952 году и изучив чукотский язык, Александр Комаров проработал зоотехником сначала в колхозе «Пионер», потом в других хозяйствах округа, дошёл да заместителя председателя Чукотского окрисполкома, и ему действительно было что вспомнить, вглядываясь в безбрежные просторы тундры. – Так и я, глядя на тундру, будто вижу детство своё, – произнёс под занавес встречи Анатолий Тынеру. – Вижу и чувствую её запах, запах мамы... НАСТВЛЕНИЕ ДЕДА «Люди сами услышат о тебе…» – так завещал Тынеру дед. Вот, наверное, почему герой нашей встречи не любит рассказывать о себе, следуя мудрому наставлению: «Не надо много говорить о том, кто ты есть. Об этом узнают по твоим делам». И это действительно так. Что же говорят о Тынеру те, кто его знает много лет? Маргарита БЕЛИЧЕНКО, редактор чукотского вещания ГТРК «Чукотка: – Редкий человек Анатолий Яковлевич. Готов всегда ответить на все вопросы, касающиеся и законотворчества, и сельского хозяйства. Да и тылы у него крепкие – жена, дети, родственники и множество друзей. Борис ЫТТЫГЫРГЫН, директор Союза оленеводов Чукотки: – Когда я первый раз увидел Тынеру, то сразу потянулся к нему – его открытая улыбка покорила меня навсегда. Григорий РАНАВРОЛЬТЫН, ветеран труда: – С ним интересно говорить на любую тему. Очень исполнительный и дружелюбный человек! Зоя СОПКА, ветеран труда, Певек: – Анатолия Яковлевича я иногда вижу, когда бываю в Анадыре. Тогда приходит в голову шальная мысль: «Зачем я так рано вышла замуж?». Михаил ЗЕЛЕНСКИЙ, ветеран труда: – Всегда удивляюсь быстроте его реакции. Оказывается, он был парашютистом, боксёром, и даже танцует и поёт. В подтверждение слов Михаила Зеленского Тынеру исполнил на яраре авторскую песню деда и только потом – свою. Так заведено, напомнил он землякам.