Подготовил Василий СЕРГЕЕВ
gazeta@ks.chukotka.ru
Губернатор Чукотского автономного округа Владислав Кузнецов ответил на вопросы шеф-редактора федерального медиахолдинга Readovka Екатерины Тимофеевой и откровенно рассказал о своей любви к Чукотке и планах развития округа в ближайшие годы.
В постоянном диалоге
– Владислав Гариевич, вы возглавили Чукотку в 2023 году, и думаю, что уже сформировали устойчивое мнение о работе в таком сложном регионе. Что сегодня вы понимаете такого, чего ещё не понимали в первые месяцы работы?
– Каждый день работы что-то прибавляет в понимании. Так и должно быть. Я нахожусь на Чукотке с одной целью: развивать регион и делать жизнь людей лучше. Это означает череду непрерывных изменений. Регион меняется, и у меня формируется новое понимание, что я должен делать. Это непрерывный процесс, это нормально.
Чукотка – регион, который абсолютно отличается от всех других регионов России. Здесь всё не просто: прежде всего, логистика. Нет железных дорог, которые соединяли бы нас с материком, нет постоянно действующих автодорог, которые соединяли бы нас с другими регионами. У нас есть авиация. За пределы региона мы летаем самолётами, внутри – самолётами и вертолётами. Между нашими населёнными пунктами большая часть дорог – зимники. У нас есть только северный завоз – короткий период навигации, в который мы должны успеть завезти всё, что может потребоваться до следующего июня: продукты, топливо, уголь и стройматериалы. И этот фактор требует не просто понимания, а осмысления через практику, потому что он влияет на всю нашу повседневную жизнь.
– Что для вас стало сложным на посту губернатора Чукотки? Климат, расстояние или необходимость существовать в нескольких часовых поясах, поскольку нужно же ориентироваться и на московское время? Возникали ли на первых этапах трудности с тем, чтобы завоевать доверие местных жителей или ничего подобного не происходило?
– Доверие нельзя завоевать и успокоиться. Так не бывает. Доверие нужно подтверждать конкретными действиями каждый день. Я говорил уже: Чукотка огромна, площадь округа – 721 тысяча квадратных километров. На одного жителя региона приходится 15 квадратных километров. Более половины жителей Чукотки живут в очень отдалённых друг от друга населённых пунктах, связь с которыми поддерживается только авиацией. Поймите: доверие – это не про тонны, километры или квадратные метры построенных помещений. Доверие – это про людей, конкретных людей, конкретные семьи. Именно для людей мы работаем. Как сказал наш президент, конечный получатель того, что мы делаем в рамках национальных проектов, – это семья. Очень чёткая формулировка, понятная и очень человеческая. Например, нельзя сказать, что мы построили больницу, школу, социальный объект – и всё, люди нам доверяют. Нет. Доверие – это череда непрерывных улучшений. У людей должна быть работа, жильё, медицинское обслуживание. Это и есть постоянное действие. Мы стараемся выстраивать свою работу именно так. Тяжелее всего было выработать принципы взаимодействия, потому что Чукотка – большая и разная.
У чукчей традиционная деятельность – оленеводство. У береговых чукчей и эскимосов – морзверобойный промысел. У нас развита промышленность, связанная с недрами. Уверен, что логистика для Северного морского пути также станет значимой для экономики округа. Видите, какое многообразие? Нельзя построить стройную систему взаимодействия для разных отраслей, не выходя из кабинета. Это неверная концепция. Нельзя вообще руководить из кабинета. Всё нужно проверять вместе с жителями.
Ещё в 2023 году мы создали проект, который назвали «Чукотка – 100». В 2030 году округ будет отмечать своё столетие. Знаковая дата, и к этому юбилею нужно подойти с достойными результатами. Кроме того, хочется сформировать основу для будущего развития региона. Мы выстроили карту улучшений, причём выстроили её по каждому населённому пункту. Понял, что нужно обсудить с людьми, потому что именно они являются, как я уже говорил, основными получателями того, что мы делаем. Значит, это должно быть важно и понятно им. И тогда вместе с командой мы побывали практически в каждом селе, где рассказывали, что собираемся делать. На это ушло почти полгода. И люди возвращали обратную связь.
Например, мы говорим: «Хотим построить фельдшерско-акушерский пункт, клуб, очистные сооружения, жильё». А люди говорят: «Нет, давайте по-другому. Нам нужен сначала сельский клуб». Живое общение продолжалось по несколько часов. Помню первую встречу в Певеке, которая заняла около пяти часов. Мы говорили много, долго, но это было интересно и полезно.
Убеждён, что люди не вовлеклись бы в диалог, если бы им это было не нужно или скучно. Приходили именно те, кто хотел прийти. Это и сейчас так. Куда бы я ни приезжал в регионе, всегда встречаемся с жителями и разговариваем. Сейчас встречи уже короче, потому что уже очень большая часть задач определена. Самое главное – жители хотят быть услышанными. Диалог – это важная форма взаимодействия с населением. Она важна с точки зрения уважения, но самое главное – такие встречи дают мне понять, что действительно является важным. После такой «калибровки» наших планов, мы сложили конкретный план по развитию каждого населённого пункта. Сейчас стараемся его придерживаться. Это была довольно сложная работа, но одновременно и очень интересная.
Пропустить через себя
– Собирать обратную связь от населения, действительно, очень важный управленческий принцип. И это правда помогает налаживать те самые мосты и доверие между административным блоком и населением. Но можете ли вы привести пример, в чём человеку, приехавшему из другого региона, легче увидеть проблемы Чукотки? А в чём, может быть, наоборот, сложнее понять местных жителей?
– Честно говоря, не думаю, что это вообще так выглядит. Вопрос не в том, что легче или тяжелее. Ответ зависит от того, хочешь ли ты понять и какое ты время готов этому уделить. Сразу скажу, нужно уделять максимальное время, иначе весь тот путь, который ты пройдёшь, неверно поняв людей и их проблематику, будет бесполезным. То есть у тебя будет создаваться впечатление, что ты делаешь что-то важное, а людям это не надо. Тогда для кого ты это делаешь? Будет процесс, потратишь деньги, может быть, случайно попадёшь в ожидание, но это неэффективная модель.
Как я уже говорил, чтобы понять многие проблемы, необходимо их пропустить через себя. Необходимо хотя бы раз, а лучше несколько раз прожить их. Вот пример. Если сейчас выйти на улицу, то вы увидите, что Анадырь очень хорошо освещён, в нём нет мест, которые не освещаются. В рамках контракта мы сделали новое, абсолютно нормативное освещение в Анадыре. В этом и следующем году будем заниматься архитектурной подсветкой зданий. Так же будет и во всём округе. В течение трёх лет везде, в каждом селе будет сделано хорошее современное освещение. Причём мы за это лишних денег не платим. Покрывается льготными тарифами для инвесторов, которые освещение делают. Почему я об этом заговорил? Потому что для жителей других регионов это было бы не так важно. А у нас полгода, по сути, полярная ночь, и на Чукотке свет очень важен не только потому что радует. Это важно, потому что вокруг нас тундра, дикие звери. Животные никогда не зайдут в место, где яркий свет, то есть для нас – это мера защиты.
Всё состоит из подобных нюансов. Их надо почувствовать. Поэтому жителю другого региона нужно задавать очень много вопросов, слушать людей и быть внимательным. И тогда у тебя формируется история о приоритетах. Но самое главное – просто спрашивать людей. Мы, чиновники, постоянно имеем дело с негативом. Если у человека всё хорошо, он никогда не придёт. Но, когда его что-то волнует, он начинает задавать вопросы. А что, почта не должна доставляться? Товаров в магазинах не должно быть? Люди начинают приходить, писать, жаловаться. И это хорошо. Потому что, если люди не жалуются, значит, они от нас, власти, ничего не ждут, они нам не верят. Если приходят к нам, значит, они ждут от нас реальных действий. Ждут помощи с уверенностью, что мы поможем, исправим ситуацию. Слава богу, что идут. Мы решили, например, одну проблему, но тут же появляется другая. Это непрерывный процесс. Только так можно работать.
Если люди приходят к нам, значит, они ждут от нас реальных действий, ждут помощи с уверенностью, что мы поможем, исправим ситуацию.
Притягательная суровость
– Чукотка, действительно, уникальный регион и край, полный большим количеством особенностей. Кстати, говоря о разноцветных домах, слышала о том, что их красят в разные цвета, в том числе для того, чтобы жителям на случай пурги было проще сориентироваться и найти свой дом. Это правда?
– Не до такой степени. Все, кто живёт на Чукотке, свой дом найдёт всегда. Помню, когда мы с женой только приехали, на третий день пошли в магазин, в «Новомариинский». Была сильная метель, и тогда я понял, что значит пурга. Супруга сделала два шага, и я перестал её видеть. Вытянул руку, поймал за воротник и притянул обратно. Когда вокруг вообще ничего не видно, ориентироваться без навыка очень сложно, и яркие краски здесь не помогут, потому что не видно и их.
Мне иногда говорят, что на Чукотке холодно. Не знаю, мы это не ощущаем, правильно одеваемся, правильно понимаем, какое время нужно провести на улице в этой одежде. Я вообще не ощущаю никакого дискомфорта ни зимой, ни тем более летом. Те, кто к нам приезжают, говорят, что ощущают. Мы чувствуем это уже по-другому.
– Есть на Чукотке место, куда вам нравится возвращаться снова и снова?
– Конечно, и не одно. Мне нравятся все наши природные зоны, все наши города. Мне нравится Анадырь, потому что я здесь живу и провожу большую часть своего времени. Здесь я знаю много людей, у меня здесь много коллег. Наши впечатления формируются из многих факторов, но главный – человеческое общение. Где больше людей, с которыми ты хочешь встретиться, там тебе и приятней. Люблю Певек, там совершенно другая природа. Там более суровый климат, море. Мне нравится эта суровость, есть в ней что-то притягательное. Хочется остановиться и смотреть. Мне очень нравится Билибино. Там уже резко континентальный климат. Довольно тёплое лето и холодная зима, там сухо. В Анадыре при влажности 85 % и температуре минус 15 ты мёрзнешь. А приезжаешь в Билибино, на улице минус 35, но стоишь на солнце и вообще не ощущаешь этого мороза. Эгвекинот совершенно потрясающий. Красивейшее море, наша первая построенная из белого камня церковь. Нравятся небольшие населённые пункты. Люблю Лорино. Могу и дальше продолжать называть любимые места. Но в целом хочу сказать одно: я люблю Чукотку.
Делать по максимуму
– Работа, жильё, медицина и образование – те четыре условия, от которых зависит решение остаться в регионе или нет. Скажите, с каким направлением на Чукотке сегодня сложнее всего?
– С каждым из этих направлений нужно постоянно работать. Давайте разберёмся. Работа. С ней у нас всё выглядит очень неплохо. Каждый год у нас появляется много вакансий. Прежде всего потому, что регион развивается. На Чукотке самый низкий уровень безработицы в России. Практически все работают. У нас много интересных направлений именно для молодёжи. У нас развивается горнорудное дело, мы здесь сильны. Производим более 10 % золота для России и в этом направлении будем только прибавлять. Это всё рабочие места. Вокруг крупных проектов развиваются сервисные функции, будет расти бизнес. И здесь очень важно, чтобы потребностям отраслей соответствовало образование.
Мы должны учить нашу молодёжь тем специальностям, которые пригодятся в округе. Если по-другому, то молодые люди уедут. И для меня это огромное беспокойство с точки зрения ответственности, которую я ощущаю. Надо было сделать так, чтобы они посмотрели, что есть на Чукотке, и мы это откалибровали на уровне среднего технического образования. Каждый год вводим новые профессии, которые нужны именно в регионе. Сразу же, в 2023 году, мы опросили все крупные компании, вертикально интегрированные федеральные холдинги, какие профессии им понадобятся в ближайшие 10 лет. И мы получили достаточно большой список важных профессий для округа. Дальше надо было ввести те специальности, которые нужны. Совершенно очевидно, что это профессии, связанные с горными работами, сервисными функциями, логистикой. Различные технические специальности. Стали заниматься развитием малого и среднего предпринимательства. Стали формировать по-другому отношение к медицине. И это всё даёт рабочие места.
Дальше – человек. Молодой человек начинает работать, отделяется от мамы и папы, входит в самостоятельную жизнь, готов через какое-то время к созданию своей семьи. Должно быть жильё. Значит, надо строить жильё. Человек должен чувствовать себя защищённым. Он должен быть уверен, что ему, его семье, его детям помогут, если возникнут какие-то проблемы по здоровью. Мои приоритеты работают так. Таким образом я настраиваю и свою команду: в этих направлениях мы должны делать по максимуму.
– Скажите, какие результаты дал молодёжный фестиваль «Точка сборки. Чукотка»? Есть ли участники, которые после знакомства с регионом решили приехать сюда учиться или работать?
– «Точка сборки. Чукотка» – это первый межрегиональный фестиваль молодёжи, который состоялся на нашей территории. Приехали ребята из всех регионов Дальнего Востока. Приехали ребята с материка, из разных регионов. Самое главное, что мы сделали, дали возможность всем, кто активен, кто хочет развиваться, кто строит планы на будущее принять участие в этом фестивале. Мы привезли ребят из всех посёлков округа. Это было непросто, если вспомнить, что средство передвижения в регионе – самолёты и вертолёты. Но мне было важно, чтобы у наших молодых людей появилась возможность взаимодействовать со своими сверстниками из других регионов.
Мы не ограничивали ребят в творчестве. Программа была такой, что ребята понимали, чем заниматься, как им отдыхать, какие есть возможности и, соответственно, какие проекты проработать в группах. Предложили пять треков, где они работали над проектами в команде, и я считаю, что получилось достаточно хорошо. Были уникальные спикеры и наставники. С экспертами нам помогли партнёры: общество «Знание» и Росмолодёжь. Благодарен им за это. Эксперты помогали ребятам в работе над проектами. Я принимал финальные работы. Мне понравилось. Мой профессиональный и жизненный опыт позволяет давать советы с точки зрения менеджмента проектов. Очевидно, что ребятам не хватало опыта, но было видно, что проекты – не просто идеи, авторы хотели их воплотить в жизнь, довести до конца. Мне кажется, основная цель нашего фестиваля, чтобы юные ребята поверили в себя. Это их история успеха.
Фактор безопасности
– Возвращаясь к медицине. Сегодня для Чукотки сложнее привлечь врача в регион или удержать его здесь? И почему вообще специалисты уезжают?
– Кто сказал, что они уезжают? За прошлый год в округ приехали 50 специалистов. Для нашего количества жителей – это много. В этом году ожидаем, что будет столько же. У нас укомплектованность врачами по региону была на уровне 86 %, что, в принципе, много, если сравнивать со статистикой Российской Федерации. Об этом докладывал президенту, и он несколько раз повторил, что Чукотка должна быть укомплектована на 100 %. Вы видели наши борта санавиации? В каждом населённом пункте есть прекрасно оборудованный фельдшерский пункт, который позволяет большую часть медицинских услуг оказывать на месте. И мы идём этим путём, чтобы жители могли получать медицинскую помощь там, где они живут. В этом нас поддерживают и президент, и министр здравоохранения Михаил Борисович Мурашко. Поэтому медики к нам как раз приезжают. И мы сейчас хорошо укомплектованы и специалистами, и оборудованием.
Медицина – один из факторов, который я поставил во главу угла безопасности каждого человека, живущего на Чукотке. Мы активно используем искусственный интеллект в медицине. Это вообще история про нас. У нас хорошая коллаборация со Сбером. Мы закупили несколько мобильных ФАПов. Это такой чемоданчик, который позволяет взять все анализы, которые необходимы для того, чтобы поставить диагноз человеку на месте. К нему ещё прилагается мобильный рентген. В следующем году появится мобильный маммограф. С таким оборудованием медики могут летать к оленеводам и морзверобоям.
Убеждён, что медицинские осмотры нужно проводить регулярно. Систему мобильных медосмотров мы используем уже три года и значительно снижаем смертность по основным группам заболеваний, потому что выявляем их на ранних стадиях.
– Владислав Гариевич, расскажите подробнее о программе «Земский доктор». В чём её уникальность?
– «Земский доктор» – программа поддержки специалистов, принятая в Российской Федерации. Считаю её очень сильной и мотивирующей. В округе действует несколько программ, не только «Земский доктор», но и «Земский учитель», «Земский тренер», «Земский работник культуры». В небольших населённых пунктах нужны специалисты разных направлений. Мы уже говорили о четырёх факторах, при соблюдении которых человек чувствует себя защищённым. Если их не будет, то все сбегут из маленьких посёлков. Поэтому важно привлекать специалистов, чтобы они работали на земле.
Для специалиста это, кстати, также важно с профессиональной точки зрения. Он получает колоссальный опыт, который ему в жизни очень пригодится. Эти программы – отличное подспорье для специалиста. Он получает подъёмные деньги, большие дополнительные суммы. Если бы он остался работать в городе, то получил бы миллион рублей. Мы эту сумму увеличили вдвое. То есть регион платит из своего бюджета такую же сумму. И специалист получает сразу два миллиона рублей. Деньгами человека, конечно, можно привлечь, но на короткое время. Специалист должен понять за этот период, что он правильно выбрал профессию, что работа ему нравится, и он должен чувствовать от неё отдачу. Поэтому моя задача и задача моей команды – обеспечить каждого соответствующими условиями труда, жильём, соответствующим оборудованием. Тогда он будет работать и чувствовать себя счастливым. И должен сказать, что все программы у нас действуют, у нас не сокращается количество населения, а наоборот, прибавляется год от года.
