С ПАМИРА В АРКТИКУ Осенью 1936 года личный состав экспедиции Зяблова убыл через Владивосток в Москву, а на смену им на берег залива Креста высадилась новая партия из 15 человек во главе с Юрием Одинцом. В составе Второй Чукотской экспедиции Главсевморпути находился 30-летний геолог Владимир Николаевич Миляев – будущий первооткрыватель Иультинского месторождения. За плечами Миляева на тот момент было 10 лет экспедиционной работы в Средней Азии и на Памире. Примечательно, что высшего образования он не имел: в 1933 году Владимир, которому к тому времени уже исполнилось 27 лет, был зачислен сразу на второй курс Казахского геологоразведочного института в Семипалатинске. Вуза он, однако, так и не окончил, уехав в Москву, где устроился в Таджикско-Памирскую экспедицию, искавшую олово в горах Туркестанского хребта. Выдающийся советский геолог, один из первооткрывателей чукотского золота Герман Жилинский подробно рассказывал о работе экспедиций в то время. В 30-е годы в СССР ещё не существовало сети геологоразведочных учреждений со штатом постоянных работников. Ежегодно под те или иные задачи создавались отдельные экспедиции, куда по договору «вербовались» сотрудники: геологи, топографы, коллекторы, лаборанты и т. д. Первый год обычно проходил «в поле», а зимой – весной следующего велась «камеральная» работа – систематизировались результаты проведённых исследований и писались отчёты. Потом экспедиция ликвидировалась, и геологи после небольшого отпуска подыскивали себе новую работу. Так было и с Владимиром Миляевым. После завершения работы Таджикско-Памирской экспедиции в 1936 году он получил предложение от своего коллеги Юрия Одинца отправиться на Чукотку в составе Второй Чукотской экспедиции Главсевморпути. «Оловянщик» Миляев, который уже тогда был в курсе находок Обручева и Серпухова, охотно согласился. В РИСКОВОМ МАРШРУТЕ Тогда на Северо-Восток страны геологические партии попадали «окольным» путём. Сначала они путешествовали по Транссибу до Владивостока, а потом кораблём отправлялись на Колыму или ещё более далёкую Чукотку. В залив Креста пароход «Анадырь» прибыл в начале сентября 1936 года. На берегу бухты Оловянной, которая находится по соседству с бухтой, где сейчас стоит посёлок Эгвекинот, был разбит лагерь геологоразведчиков. Вскоре после разгрузки парохода начальник экспедиции Одинец поручил геологу Владимиру Миляеву, топографу Василию Ганешину и промывальщику Рахиму Фарифьянову выйти в маршрут, чтобы до наступления холодов успеть обследовать низовья Амгуэмы. В место поисков отряд 11 сентября забросил самолёт У-2. Забегая вперёд, нужно сказать, что этот маршрут едва не стоил Миляеву и его товарищам жизни. Никто из геологов раньше не работал на Чукотке, поэтому они не могли учесть капризов здешней погоды – её крайнюю переменчивость и очень быстрый переход от лета к зиме. Группа 12 сентября вышла «в поле» и сразу же получила первые обнадёживающие результаты – несколько обломков кварцевых жил с обильными вкраплениями рудных минералов, пирита и халькопирита. Но уже 14 сентября под давлением арктического циклона погода резко ухудшилась, и работать стало невозможно. Радиопередатчиков у геологов тогда не было, и им приходилось рассчитывать только на свои силы. Миляев принял решение снять лагерь и плыть на резиновой лодке к устью Амгуэмы. Но встречный северный ветер не позволял спускаться вниз по течению, и за день партия прошла всего лишь 5 км. Вскоре после этого по реке стало двигаться невозможно: пошло сало и началась пурга. Вначале геологи пытались параллельно с продвижением вперёд хотя бы отчасти выполнять свою основную работу. Каждый день Владимир Миляев делал короткие записи в своём дневнике. 2 октября, после того как партия подошла к Чукотскому морю, он пишет: «Единственная пища теперь у нас примерно такова: утром по кусочку или по два колбасы, несколько ложек сухарных крошек и крепкий чай, в полдень рисовая похлёбка из одной банки консервов. Вечером крепкий чай. Считаем, что после сегодняшнего перехода до Ванкарема (там находилась полярная станции. – Прим. ред.) ещё 62 км». 7 октября группа Миляева случайно встретила сотрудников геологической экспедиции Владимира Дитмара. «Обжорный вечер в палатке», – такую ироническую запись делает Миляев в дневнике в тот день. На следующий день геологи были в Ванкареме. Только 14 ноября удалось вылететь на мыс Шмидта, откуда 26 ноября они самолётом были переброшены на базу экспедиции, в бухту Оловянную. И всё же первый полевой сезон нельзя считать полностью провальным. Миляев сделал важный вывод: в следующем году поиски необходимо локализовать на левобережье Амгуэмы, не стремясь во что бы то ни стало найти «точки Серпухова», которые лежали где-то западнее. Особо он отмечает, что нужно грамотно организовать подготовку и быт отряда, чтобы избежать на маршруте ЧС. ОТКРЫТИЕ 1937-ГО После зимовки, в начале лета 1937 года, отряд Миляева из шести человек был доставлен в район слияния Амгуэмы и Якитики (на современных картах эту реку чаще обозначают как Экитыки). Здесь геологи организовали базу. 22 июня Миляев вышел в свой первый маршрут и уже 6 июля открыл Иультинское олововольфрамовое месторождение. Вот как описывает сам геолог день, когда он сделал главную находку своей жизни: «6 июля. Маршрут по распадку, против которого расположена точка 29. Впадает в широкую долину слева (речь идёт о речке Иультинке. – Прим. ред.). В устье распадка обнаружены глыбы грейзена, содержащие вольфрамит и арсенопирит. Кварцевые глыбы с вольфрамитом и оловянным камнем…». Весь склон оказался усыпан кусками кварца с крупными включениями рудных минералов. Даже по тому, что лежало на поверхности, было понятно, что найдено большое месторождение. Герман Жилинский отмечает, что находка Владимира Миляева – не просто удача. В этом сезоне талантливый и опытный геолог-поисковик, основываясь на собственных наблюдениях, сознательно отклонился от предписанного начальником экспедиции маршрута. Партия должна была обследовать бассейн реки Якитики и выйти к «точкам Серпухова», но первым делом направилась в район левобережья Амгуэмы. Интуиция не подвела Миляева: он сделал открытие союзного значения, отыскав одно из самых крупных оловянно-вольфрамовых месторождений СССР. 11 сентября 1937 года партия отправилась в Ванкарем, откуда вылетела в бухту Оловянную, где предстояло передать дела своим сменщикам, после чего убыть в Москву. В столице геологи выполнили большой объём «камеральной» работы, поскольку результаты их исследований вызвали огромный интерес советского правительства и крупнейшей промышленной организации Дальнего Востока – Дальстроя. В 1938 – 1939 годах Владимир Миляев работал в составе Амгуэмской экспедиции, которая занималась разведкой Иультина. В 1940 и 1941 годах геолог на Чукотку не попал, во многом по семейным обстоятельствам: у него родились дети. А потом грянула война, которая смешала все планы.
ВОЙНА, ФРОНТ, ГИБЕЛЬ В 1941 году Владимир Миляев был призван в армию. О военном пути геолога известно сравнительно немного. Он учился в школе лейтенантов в Алма-Ате, потом был направлен в запасной полк, затем вновь на военные курсы в Ташкент, а летом 1943 года – в действующую армию. Воевал лейтенант Миляев на Брянском фронте в должности заместителя командира батальона 767-го стрелкового полка 228-й стрелковой дивизии. В августе 1944 года часть ступила на территорию Румынии, где вела бои за Яссы и Плоешти. За проявленное мужество в боях за венгерский город Сегед полку была объявлена благодарность Верховного главнокомандующего И. В. Сталина и присвоено почётное звание «Сегедский». Полк принимал участие в Будапештской наступательной операции. В её ходе 7 декабря 1944 года старший лейтенант Владимир Николаевич Миляев погиб и был похоронен с 10 советскими солдатами в братской могиле на окраине села Тарнасентмария. Посмертно награждён орденом Красной Звезды. Владимир Миляев из-за своей ранней смерти и военного лихолетья не получил признания как человек, открывший Иультинское месторождение. Лишь спустя более 30 лет после его гибели и почти 40 лет после открытия Иультина его дочь Валерия Владимировна добилась справедливости: в 1976 году ей на заседании коллегии Министерства геологии СССР торжественно вручили диплом отца и значок первооткрывателя месторождения. При подготовке статьи использованы материалы книг Г. Жилинского «Оловянные горы геолога Миляева» и М. Рохлина «Чукотское олово».
