Антон ЛОБАНОВ
Ситуация, сложившаяся на японской атомной станции «Фукусима-1», где в результате разрушительного землетрясения и мощного цунами произошла авария, сопровождавшаяся выбросом радиации, продолжает приковывать внимание всего мира. Как уже рассказывал «КС» в прошлом номере, специалисты и ученые отрицают возможность сколько-нибудь значимых последствий этой катастрофы как в целом для Дальневосточного региона России, так и для Чукотки в частности. Исключают они и опасность загрязнения водных биоресурсов, добываемых у наших берегов, радиоактивными элементами. Это мнение полностью разделяет и руководитель Управления Роспотребнадзора по Чукотскому АО Геннадий Лебедев.
КАПЛЯ В МОРЕ
– Для разговоров о радиоактивном загрязнении Чукотки вследствие аварии на японской АЭС нет абсолютно никаких оснований, – уверен Геннадий Лебедев. – Насколько нам известно, выброса ядерного топлива на «Фукусиме-1» не произошло, оно продолжает находиться внутри реакторов, а взрывы, о которых постоянно идет речь, стали следствием выделения водорода из-за выхода из строя системы охлаждения, серьезно не нарушив целостности реакторов. Да, в районе АЭС произошло повышение фона гамма-излучений, но это, прежде всего, связано с выбросами кратко живущих и быстро распадающихся радиоактивных газов, то есть фактически о каком-то значительном и долговременном загрязнении окружающей среды за пределами АЭС говорить не приходится.
Чтобы это случилось, как отметил руководитель Управления Роспотребнадзора, само топливо должно было попасть, например, в воду, а это возможно только в результате взрыва самих реакторов, чего, по оценкам специалистов-атомщиков, уже не произойдет. При этом должна быть создана концентрация такого количества ядерного топлива, которого на станции просто быть не может, а то что есть, в прямом смысле, – капля в море.
– Соответственно, не может быть речи о каком бы то ни было значимом радиационном воздействии на биосферу, в том числе на мигрирующие виды рыб или китообразных, которые в летний период подходят к берегам Чукотки и могут стать объектами добычи, – продолжил Лебедев. – Даже при формировании пищевой цепочки, с которой радиоактивные элементы могут попасть к нам – от фито- и биопланктонов через всевозможные гидробионты, в том числе рыбу, морских млекопитающих, к человеку.
ДЕРЖИМСЯ НА РАССТОЯНИИ
Наш собеседник обратил внимание на то, что сами климатические и гидрологические особенности в районе аварии исключают негативные варианты. Ни морские течения, ни движения потоков воздуха при циклонической или антициклонической деятельности, даже при наихудшем развитии ситуации на «Фукусиме-1», не способны донести радиоактивные элементы до нашей территории, и это при том, что «доносить» пока просто нечего.
Здесь, по словам Лебедева, необходимо еще учитывать и расстояние, отделяющее нас от места аварии, которое составляет около шести тысяч километров, что в 10 раз больше расстояния от Москвы до Чернобыльской АЭС, авария на которой до сих пор считается самой крупной за всю историю мировой атомной энергетики. Для сравнения: оказавшийся вне зоны радиоактивного загрязнения Киев находился от Чернобыльской АЭС всего в… 150 километрах.
– Тем не менее сразу после аварии в дополнении к замерам альфа- и бета-активности, которые выполняются постоянно, наши специалисты в усиленном режиме ведут мониторинг гамма-излучения на территории округа, – продолжил Лебедев. – Данные из районов поступают в центр гигиены и эпидемиологии Управления Роспотребнадзора, где их анализируют физики-эксперты. При этом фон еще ни разу не превысил естественного.
Также на протяжении долгого времени нами проводятся исследования дикоросов, рыбы, мяса морских млекопитающих – ластоногих и китообразных – и по альфа- и бета-активности они абсолютно не выходят за пределы нормы. С уверенностью на 100 % гарантирую, что никаких отклонений не будет обнаружено и в ходе исследований этого года, – заверил Геннадий Лебедев.
ОСТАВЬТЕ ЙОД ДЛЯ БЕРЕМЕННЫХ
Куда большими неприятностями, нежели мнимое радиационное заражение, авария на японской АЭС, по мнению специалистов, грозит неуемное потребление йодсодержащих препаратов поддавшимися панике гражданами. И действительно, как уже рассказывал «КС», подобные препараты исчезли с аптечных прилавков Анадыря.
– Да, препараты йода применяются для профилактики радиоактивного поражения радиоактивным йодом щитовидной железы – это их основное назначение, – рассказывает заведующая кабинетом медицинской профилактики ГУЗ ЧОБ Юлия Гецман. – Другое дело, в каких дозах и с какой продолжительностью эти препараты принимать. Существуют определенные дозировки и схемы их применения: по 100-150 миллиграммов, не больше 10 дней, и то лишь при опасности радиоактивного загрязнения местности, что нам, как видим, не грозит. Поэтому принимать йодсодержащие препараты сейчас нецелесообразно и даже опасно, особенно в повышенном количестве.
Передозировка йода, или йодизм, имеет очень разнообразную и тяжелую симптоматику, начиная с аллергических реакций – сыпи, аллергического артрита, ангиневротических отеков, заканчивая – шоком. Наблюдаются негативные проявления и со стороны желудочно-кишечного тракта: тошнота, диарея, рвота, боли в животе, металлический вкус во рту, гиперсоливация. Лечат эти проявления, как правило, только в стационаре.
При этом не стоит забывать, что йодсодержащие препараты применяются, главным образом, для профилактики дефицита йода, которым страдает значительная часть нашего населения. Поэтому тем, кто сейчас скупает эти препараты с целью защиты от несуществующей радиации, стоит их оставить для людей, действительно в них нуждающихся: беременным женщинам, кормящим мамам, людям с заболеваниями щитовидной железы. Ну а в случае реальной угрозы радиационного заражения население, в любом случае, будет обеспечено подобными препаратами государством, тем более, что такие запасы существуют в каждом регионе, – резюмировала Юлия Гецман.
