Подготовил Андрей НОСКОВ
gazeta@ks.chukotka.ru
«Война Чукотку обошла», – напишет через много лет после Великой Победы первая профессиональная чукотская поэтесса Антонина Кымытваль. Но обошла ли Чукотку война? Как и для всего нашего многонационального народа, война для этих северо-восточных рубежей Советской земли стала страшной, трагической реальностью, тяжким испытанием и одновременно вызвала небывалый боевой и трудовой героизм. Линия фронта прошла по Чукотке, через сердца её жителей. Будучи неотъемлемой частью страны, огромного мощного государственного механизма, Чукотка с первых же дней войны включилась в напряжённую работу под объединившим всех лозунгом «Всё для фронта! Всё для Победы!».
«Вдруг началась война»
Всемирно известный классик чукотской литературы Юрий Рытхэу впоследствии писал: «...Вдруг началась война. Весть о ней принесло радио (на Чукотке это был уже понедельник, 23 июня). Война шла далеко от мыса Дежнёва, но люди всей Советской страны зажили одной семьёй, и боль далёких соотечественников отзывалась в сердцах эскимосов и чукчей. На осеннем празднике Нутетеин пел гневные песни и сравнивал фашизм со зловонным грязным потоком, а Гитлера – с волком, вскормленным ненавистью к человеку».
– Хорошо помню первый день войны в Анадыре, – рассказывала в одном из интервью жительница Анадыря организатор первой анадырской библиотеки Мария Клейн. – Я тогда вела передачу по радио. Вбегает радист и кричит: «Бомбят Москву и Киев!». Спрашиваю: «Как бомбят? Кто? Почему?». В Анадыре тогда никто не знал, что нужно делать. Мы устраивали дежурства – охраняли берег. Не обошлось и без курьёзов: в первую же ночь жители построили вышку на клубе. Вышку... А зачем? Не могу сказать. Куда смотреть? Не знаю. Кажется, вражеские пароходы не могли зайти сюда. Но мы строили. Целую ночь стучали молотками, и к утру вышка была готова. Даже такой курьёз запомнился: поставили на вышке телефон, который, конечно же, не мог работать, так как туда не было линии... Обычно после приёма сообщений ТАСС я шла домой и меня встречали дежурные, охранявшие берег, окружали, начинали расспрашивать: «Ну что? Как там?». Многие тогда у нас были со Смоленщины, с Украины и очень-очень горевали!
Заслуженную учительницу, кавалера ордена Ленина Веру Фаддеевну Ольшевскую начало войны застало в Наукане. Вот как она впоследствии вспоминала этот день:
«В Наукан приехали начальник погранзаставы и работник райкома партии. Вид у обоих расстроенный, но ничего не говорят. Вечером приходят в школу, вызывают Номылина, председателя сельсовета, Утоюка, председателя колхоза, и в моём присутствии говорят, что надо собирать народ на митинг. Сейчас, мол, они окончательно уточнили: началась война с фашистской Германией.
Очень быстро школа заполнилась людьми. После выступлений представителя райкома, Утоюка, Номылина, Шинягина и других было принято решение начать немедленно оказывать помощь фронту – собрать для Красной армии тёплые вещи. Сразу же начался сбор. Кто принёс кухлянку, кто торбаса, шапку, рукавицы, чижи. А я давно мечтала иметь оленью дошку. Наконец, Кыхсук мне её сшила. Доха была совсем новая. Вот её-то я и сдала в Фонд обороны.
Хотя в посёлках побережья радио не было, но известие о начале войны разнеслось быстро. Молодёжь стала проситься на фронт, но парням велели подождать. На фронт попали немногие. С Чукотки людей не брали. Ведь Чукотка – поставщик «мягкого золота» (пушнины), олова, рыбы. Люди нужны были здесь. Необходимо было также срочно построить аэродромы для приёма самолётов из США. Всё население мобилизовывали на постройку аэродромов, на разгрузку пароходов, на вылов рыбы.
Участвовали в этом труде и дети. Каждая школа имела свои рыбалки и ученические бригады. Ловили и солили рыбу, делали балыки, коптили их, заготовляли рыбу на зиму для питания воспитанников интерната. А другие ученические бригады заготавливали ягоды и грибы, во время школьных каникул помогали колхозам выполнять план по добыче морского зверя. Заработанные деньги школьники и взрослые вносили в Фонд обороны».
Чукотские рыбаки с началом войны бросили все силы на обеспечение страны и армии рыбой, значительно увеличив улов. Бухта Амбарчик, 1943 год. ФОТО: ИЗ ФОНДА МУЗЕЙНОГО ЦЕНТРА «НАСЛЕДИЕ ЧУКОТКИ»
По призыву Тевлянто
Говоря о первых днях войны, нельзя не вспомнить о председателе Чукотского окр-исполкома Тевлянто, который возглавлял тогда округ. Двумя из трёх орденов Трудового Красного Знамени он был награждён именно за заслуги в период военного лихолетья. Его обращение к жителям Чукотки, переданное по радио, слушали затаив дыхание:
«Товарищи колхозники и колхозницы Чукотского округа!
Красная армия героически борется, защищая каждую пядь родной земли... Я, как посланец в Верховном Совете, обращаюсь с просьбой: давайте же, товарищи колхозники, построим свою танковую колонну «Чукотский колхозник». Пусть десятки, сотни танков, построенных на средства чукотских колхозников, будут беспощадно громить врага, пусть наша танковая колонна обрушится на голову врага и будет беспощадно расстреливать и давить своими гусеницами фашистских разбойников.
Товарищи, сдадим свои сбережения на укрепление нашей славной Родины! Давайте работать не покладая рук и сделаем так, чтобы все колхозники, все труженики Чукотки приняли самое активное участие в строительстве танковой колонны!».
И северяне откликнулись, причём массово. На собранные ими средства были изготовлены десятки танков (одна боевая машина тогда стоила около 240 тыс. рублей).
Жители Чукотки ставили перед собой вполне конкретный и ко многому обязывающий вопрос: «А что лично должен и могу сделать я на своём рабочем месте для того, чтобы помочь Родине, Красной армии в трудную годину выпавших на нашу долю испытаний, чтобы преодолеть наступление врага и в конечном итоге разгромить его?». Ответом на него были конкретные дела.
Так, перестроив работу на военный лад, жители Марковского района в первый военный год план по рыбной продукции выполнили на 111 % – по сравнению с 1940 годом было добыто больше рыбы на 204 800 штук. Посевная площадь выросла на 401 %, рост общественного стада оленей составил 157 %, в Фонд обороны трудящиеся внесли наличными деньгами 90 800 рублей, облигациями – 165 480 рублей, для бойцов Красной армии было отправлено свыше 4 тыс. предметов одежды и обуви.
Не отставали и жители других районов. Например, инженер Чаунского Горпромкомбината И. Зубрев внёс в Фонд обороны 19 тыс. рублей, оленевод Валькарайского сельсовета Геляурги – 2 тыс. рублей, а оленевод Ичуньского сельсовета Омрелькот – 10 оленей, или 2 тыс. рублей в денежном выражении, и 11 тыс. рублей – в неделимый Фонд Ичуньского колхоза, инженер-геолог Н. Сочеванов сдал в Фонд обороны 9 тыс. рублей.
Трудящимися Чаунского района в Фонд обороны и на постройку эскадрильи боевых самолётов в общей сложности было внесено 1 млн 106 тыс. 624 рубля. Пмимо этого чаунцы собрали для бойцов Красной армии 1300 предметов тёплой одежды и обуви. Заботливыми руками колхозниц Ичуня, Шелагского и Певекского сельсоветов были пошиты для нужд фронта сотни меховых курток, торбасов, шапок, чижей и рукавиц. С материнской любовью и заботой относились к этой работе колхозница Келена с мыса Шелагского и работница Райполярторга Эттена.
А вот чем жил в ту пору Восточно-Тундровский район (впоследствии – Билибинский). О нападении фашистской Германии на нашу Родину жители Восточно-Тундровского района узнали только в районном центре – селе Островном и посёлке Пантелеиха, где находилась база Восточно-Тундровской районной торговой конторы «Чукотторг» и была радиостанция. Остальные жители района, раскинувшегося на площади в 178 тыс. кв. км, узнавали об этом постепенно, по мере выезда в тундру партийных и советских работников района.
Как и повсеместно на Чукотке, труд жителей района был подчинён лозунгу «Всё для фронта! Всё для Победы!». Охотники сдавали государству почти вдвое больше пушнины – «мягкого золота», чем до войны: примерно на 700 тыс. руб в год. Сданных тёплых вещей в 1942 году набралось такое количество, что для их отправки понадобился обоз из 80 больших нарт. Вещи также отправлялись и в 1943 – 1944 годах. А летом 1943 года на территории района развернулось строительство аэродрома Омолон, призванного стать частью АлСиба – знаменитой трассы по перегону самолётов с Аляски через Чукотку, Якутию и Сибирь к театру военных действий Великой Отечественной войны. Общая же сумма денежных средств, собранных в Восточно-Тундровском районе в Фонд обороны и на строительство танковой колонны «Чукотский колхозник» и эскадрильи самолётов «Комсомолец Чукотки», превысила 2 млн рублей.
Оленеводы бухты Пенкигней сдают облигации, пушнину и тёплые вещи в Фонд обороны. 1942 год. ФОТО: ИЗ ФОНДА МУЗЕЙНОГО ЦЕНТРА «НАСЛЕДИЕ ЧУКОТКИ»
Молодёжь подставила плечо
Война отвлекла с Чукотки значительную часть мужчин, их заменила молодёжь из числа коренных жителей. К 1944 году более 100 молодых чукчей и эскимосов работали грузчиками, токарями, слесарями, кочегарами в морских портах Чукотки.
В это время шёл рост занятости коренного населения также в отраслях, обслуживающих горную промышленность: местные транспортные перевозки, работа в геологических партиях в качестве проводников, погрузо-разгрузочные работы в морских портах, строительство аэродромов – всего не перечислишь.
Уход юношей в промышленность вызвал ответную реакцию со стороны женской части в колхозном производстве. Девушки с энтузиазмом осваивали мужские профессии. Например, комсомолка Энмина – бригадир пошивочной бригады им. Стаханова Чаунского района – стала инициатором призыва девушек в охотничий промысел. В 1942 году она пошла добывать пушнину и выполнила план сезона на 175 процентов. Её примеру последовали многие. В 1943 году уже 60 девушек вышли на охотничью тропу, а через год их было 102.
Вообще чукотская молодёжь в годы войны проявила себя на высочайшем уровне. Как сообщал в газете «Советская Чукотка» в мае 1965 года сотрудник Магаданского краеведческого музея В. Юхименко, всего за годы войны на Чукотке было создано 55 комсомольско-молодёжных бригад. «В 1943 году они добыли 72 тыс. белок, не считая других видов пушнины. Это в два раза больше, чем в 1940 году. Такие же бригады создавались в оленеводстве и морском зверобойном промысле. Так, в Чукотском районе комсомол и молодёжь провели слёт молодых зверобоев, создали 31 комсомольско-молодёж-ную бригаду и призвали молодёжь округа бороться за безусловное выполнение планов добычи морского зверя и пушнины. Лучшим присваивалось звание фронтовых», – писал Юхименко.
Комсомольцы и молодёжь Чукотки провели 65 воскресников по строительству аэродромов, разгрузке и погрузке пароходов, отработали 13 тыс. человеко-дней. Заработанные 284 тыс. рублей сдали в Фонд обороны, собрали 810 тонн металлолома, 13 100 предметов тёплой одежды.
На связи со Сталиным
Государственный Комитет Обороны высоко и по достоинству оценил патриотический порыв и вклад тружеников Чукотки в общее дело Победы. 10 февраля 1943 года в адрес Чукотского окружного комитета ВКП(б) пришла телеграмма за подписью Верховного главнокомандующего Иосифа Сталина, в которой он выразил искреннюю благодарность и признательность труженикам Чукотки за помощь, оказанную ими Красной армии, в том числе собранные 2 млн 261 тыс. 719 рублей на строительство вооружения.
Между Верховным главнокомандующим и северянами даже возникала телеграммная переписка:
«Москва. Кремль. Товарищу Сталину. В ответ на Ваше вторичное приветствие дальстроевцам внесли на строительство танковой колонны все имеющиеся у нас личные сбережения в сумме 42 тысяч рублей. Убедительно просим Вас зачислить нас в состав экипажа танка. Наши специальности: механик-водитель, техник-радист, двое водителей машин. Нестеров, Амнуэль, Куляшов, Мишин».
В ответ из Москвы пришла телеграмма следующего содержания:
«Чукотка. Певек. Дальстрой. Товарищам Нестерову, Амнуэль, Куляшову, Мишину. Примите мой привет и благодарность Красной армии за вашу заботу о Красной армии. Ваше желание невыполнимо, так как наши предприятия и учреждения, так же как и фронт, должны быть обеспечены необходимыми кадрами работников. И. Сталин».
Трудовой фронт на Чукотке продолжал сражаться за Победу и не сбавлял обороты в послевоенные годы, заложив основы для дальнейшего индустриального развития нашего северного края.
Справка «КС»
Всего за годы Великой Отечественной войны трудящиеся Чукотки внесли в Фонд обороны страны 15 млн 920 тыс. 233 руб. наличными и свыше 80 млн руб. облигациями государственных займов, отправили на фронт 54 тыс. 339 вещей, сшили 13 тысяч тёплых вещей.
