Владимир КЛИКУНОВ, член Союза писателей России
После окончания в 1961 г. Челябинского медицинского института Михаил Гвагвалия был направлен в Анадырь, где возглавил окружной Дом санитарного просвещения. Через два года стал главным врачом Чукотской центральной окружной больницы, а спустя год назначен одновременно и главным врачом Чукотского АО. На этой должности он работал до сентября 1985 года. Двадцать один год напряженной деятельности на одном из самых значимых направлений человеческой жизни.
СЛЕД В ИСТОРИИ ЗДРАВООХРАНЕНИЯ
Этот момент следует отметить особо, так как до Михаила Павловича Гвагвалия окружным здравоохранением руководили 22 главных врача. Я далек от мысли, что его предшественники были слабыми людьми в профессиональном отношении. Вероятно, были причины другого порядка. Кто-то не мог вынести климата, кого-то продвигали по службе, кому-то и здоровье (врачи, как и все люди, болеют) не позволяло выполнять сложные обязанности организатора здравоохранения. Представьте себе собачью упряжку без всяких удобств, которая была своеобразной «скорой помощью», или командировку в поселки Чукотки, оленеводческие стойбища, до которых приходилось добираться неделями.
Это уже позже, когда появились вездеходы, поездки в районы, в тундру можно было осуществлять с меньшими потерями времени. Но даже тогда людям со слабым здоровьем этот грохочущий транспорт не доставлял особого удовольствия.
Какой же след в истории становления чукотского здравоохранения оставил Гвагвалия? При его непосредственном участии улучшалась материально-техническая база всех имеющихся в округе медицинских учреждений. Появились больничные комплексы в Анадыре, Певеке, Нагорном. В 1969 и 1975 годах были проведены II и III съезды медицинских работников округа. Число медицинских учреждений увеличилось до 266, коечный фонд – до 2335, обеспеченность врачами с 37,0 до 49,0, средними медицинскими работниками – до 165 на 10 000 населения. В районах округа медицинская помощь оказывалась по 14–16, а в окружной больнице по 24 специальностям.
Эта работа требовала огромного напряжения сил от руководителя. Добавим сюда общественную деятельность. И в то же время практикующий хирург, замечательный глава семейства, отец.
Я, естественно, не хочу создать из Михаила Павловича икону. Это был обычный человек с присущими ему сильными и слабыми сторонами, ошибками. Прискорбно сознавать, что его жизнь оборвалась в результате автокатастрофы, когда он руководил детским кардиологическим санаторием для детей северных регионов России. Этот санаторий находится в Малаховке, что в Московской области.
Согласитесь, не каждому врачу доверят руководство детским медицинским учреждением республиканского значения. К тому времени у него был солидный опыт, большой авторитет в медицинском сообществе. Так что назначение героя моей публикации на новую должность рассматриваю как повышение по службе.
НЕ ПРАЗДНЫЙ ВОПРОС
Познакомился с Гвагвалия в 1978 году. Тогда я по направлению Магаданского обкома КПСС приехал в Анадырь на должность редактора окружной газеты «Советская Чукотка». И как редактор принимал участие во всех мероприятиях окружного масштаба, будь то заседания бюро, исполкома, пленумы, сессии и другие важные события, на которые приглашались руководители окружного уровня. Здесь обратил внимание на Михаила Павловича. Меня привлек очень озабоченный вид Гвагвалия. Я поинтересовался, почему такое удручающее выражение его лица. Это был не праздный вопрос...
Он ответил, что в операционной находится серьезный больной, и его присутствие на операции предпочтительней, чем участие в мероприятии, не связанном с его профессиональным долгом. Но попробуй пропустить в то время какое-нибудь заседание. Обвинят в строптивости, неуправляемости, игнорировании партийной дисциплины. Последуют и оргвыводы – исключение из партии, снятие с работы и т.д. Так на моей памяти произошло с руководителями строительно-монтажного управления «Анадырьстрой» и морского порта «Анадырь», крепкими хозяйственниками. Не всегда властьимущие любили тех, кто имел свое мнение, не совпадающее с их мнением.
Тогда я спросил этого человека, чего он боится больше всего. Михаил Павлович ответил: «Срочного вызова в окружком, когда я в операционной».
НАПЕРЕКОР СТИХИИ
Мне, как и многим старожилам Анадыря, памятен ноябрь 1982 года, когда на город обрушилась стихия. Шквальный ветер со скоростью 36 метров в секунду и сильный мороз совпали с полной водой в лимане. Резко поднялся уровень воды, затопило электростанцию. Город погрузился во тьму бушующей стихии. Остро стал вопрос выживаемости. Многие котельные перестали функционировать, в квартирах лопались батареи. Словом, наступил «конец света». Огромная ответственность легла на плечи руководителей предприятий и организаций города. Были использованы все резервные и мобильные дизель-генераторы, которые подключались к жизнеобеспечивающим объектам.
Я представляю, как приходилось в эти дни главврачу и его коллегам обеспечивать нормальную работу больницы. В часы, когда в городе хозяйничала буря, в родильном отделении появились на свет три новых человечка. Электроэнергией больничный комплекс обеспечивал ДЭК – синтез инженерной мысли. Это было устройство на гусеничной платформе с дизель-генератором и огромной стрелой подъемного крана. Начальник штаба по ликвидации последствий стихии, первый секретарь Анадырского райкома КПСС Валерий Иванович Грызлов дал высокую оценку действиям персонала окружной больницы, а у Михаила Павловича добавилось седины, остались зарубки на сердце.
ДЕЛО СЛУЖЕНИЯ ЛЮДЯМ
Вспоминается случай в командировке в Провидения. Там в одном номере гостиницы оказались Михаил Павлович Гвагвалия, председатель окружного комитета народного контроля Анатолий Васильевич Криворучко и автор этих строк. У меня обострился гастрит, отчего в желудке ощущалась нестерпимая боль. Но я старался этого не показывать, однако от врача трудно было это скрыть.
– Что у тебя, язва? – спросил доктор Гвагвалия.
– Гастрит, – ответил я.
– Это мы сейчас поправим, – сказал Михаил Павлович, извлекая из походной аптечки толстые таблетки диаметром с пятикопеечную монету.
Действительно, лекарство помогло. Эти таблетки я потом долго принимал в качестве профилактического средства.
Последняя встреча с Гвагвалия происходила на новом месте работы, в Малаховке Московской области, где, как отмечал, он работал главным врачом республиканского детского кардиологического санатория. Михаил Павлович водил меня по палатам, различным кабинетам, знакомил с сотрудниками, которые, я чувствовал, уважали своего главного коллегу. Особенно меня удивил объект, не связанный с профессиональной деятельностью санатория – детская железная дорога. Понимаешь, говорил он мне, сюда едут северные дети, которые не имеют представления о железной дороге. А здесь, пожалуйста, есть возможность покататься хоть в маленьких, но настоящих вагонах. А это положительно влияет на процессы выздоровления детей.
Я увидел нового Гвагвалия, романтика с душой ребенка, человека, бесконечно преданного делу служения людям.
